Неточные совпадения
Княгиня
с дочерью явилась из последних; многие дамы
посмотрели на нее
с завистью и недоброжелательством, потому что княжна Мери одевается со вкусом.
Вошел молодой человек лет двадцати пяти, блещущий здоровьем,
с смеющимися щеками, губами и глазами.
Зависть брала
смотреть на него.
Они знали его щедрость, и чрез полчаса больной гамбургский доктор, живший наверху,
с завистью смотрел в окно
на эту веселую русскую компанию здоровых людей, собравшуюся под каштаном.
Говоря, Томилин делал широкие, расталкивающие жесты, голос его звучал властно, глаза сверкали строго. Клим наблюдал его
с удивлением и
завистью. Как быстро и резко изменяются люди! А он все еще играет унизительную роль человека,
на которого все
смотрят, как
на ящик для мусора своих мнений. Когда он уходил, Томилин настойчиво сказал ему...
Наш культурный и интеллигентный слой не имел силы сознать себя народом и
с завистью и вожделением
смотрел на народность простого народа.
Мечта каждого «фалатора» — дослужиться до кучера. Под дождем, в зимний холод и вьюгу
с завистью смотрели то
на дремлющих под крышей вагона кучеров, то вкусно нюхающих табак, чтобы не уснуть совсем: вагон качает, лошади трух-трух, улицы пусты, задавить некого…
Писарь сумрачно согласился. Он вообще был не в духе. Они поехали верхами. Поповский покос был сейчас за Шеинскою курьей, где шли заливные луга. Под Суслоном это было одно из самых красивых мест, и суслонские мужики
смотрели на поповские луга
с завистью.
С высокого правого берега, точно браною зеленою скатертью, развертывалась широкая картина. Сейчас она была оживлена сотнями косцов, двигавшихся стройною ратью. Ермилыч невольно залюбовался и со вздохом проговорил...
Мы
с горькою
завистью смотрели на тех счастливцев, которые были оставлены ординаторами при клиниках: они могли продолжать учиться, им предстояло работать не
на свой страх, а под руководством опытных и умелых профессоров.
Любонька в людской, если б и узнала со временем о своем рождении, понятия ее были бы так тесны, душа спала бы таким непробудимым сном, что из этого ничего бы не вышло; вероятно, Алексей Абрамович, чтобы вполне примириться
с совестью, дал бы ей отпускную и, может быть, тысячу-другую приданого; она была бы при своих понятиях чрезвычайно счастлива, вышла бы замуж за купца третьей гильдии, носила бы шелковый платок
на макушке, пила бы по двенадцати чашек цветочного чая и народила бы целую семью купчиков; иногда приходила бы она в гости к дворечихе Негрова и видела бы
с удовольствием, как
на нее
с завистью смотрят ее бывшие подруги.
К довершению всего, неудача моя
с быстротою молнии облетела все наше ведомство. Товарищи
смотрят на меня
с двусмысленными улыбками и при моем появлении шепчутся между собою. Вчера —
зависть, сегодня — недоброжелательство и насмешки. Вот круг, в котором осуждена вращаться преданность…
Наши франты
смотрели на него
с завистью и совершенно пред ним стушевывались.
С отцом своим Мерцалов почему-то разошелся и жил у учителя математики Томашевича, — квартира его была рядом
с нашим домом,
на углу Старо-Дворянской. Проходя по улице, я часто
с завистью и почтением
смотрел, как они там все трое сидят
с Томашевичем, спорят
с ним, как
с равным, играют в шахматы.
И
с грустной
завистью смотрели остававшиеся девушки
на наше предотъездное оживление.
Этого было достаточно, чтобы до десятка лиц
с скрытой
завистью посмотрели на Сарматова, который был замечен Евгением Константинычем.
Кожемякин видел, что две пары глаз
смотрят на женщину порицающе, а одна — хитро и насмешливо. Стало жаль её. Не одобряя её поступка
с сыном, он любовался ею и думал,
с чувством, близким
зависти...
Илья
с удивлением и
завистью смотрел на большую голову товарища. Иногда, чувствуя себя забитым его вопросами, он вскакивал
с места и произносил суровые речи. Плотный и широкий, он почему-то всегда в этих случаях отходил к печке, опирался
на неё плечами и, взмахивая курчавой головой, говорил, твёрдо отчеканивая слова...
Та «гармония» древнего эллина,
на которую мы
смотрим с такою
завистью, вовсе не была простою цельностью и уравновешенностью духа.
Умирает Николай Левин. Он страстно и жадно цепляется за уходящую жизнь, в безмерном ужасе косится
на надвигающуюся смерть. Дикими, испуганными глазами
смотрит на брата: «Ох, не люблю я тот свет! Не люблю».
На лице его — «строгое, укоризненное выражение
зависти умирающего к живому». Умирать
с таким чувством — ужаснее всяких страданий. И благая природа приходит
на помощь.
И
с завистью смотрит он
на этих цельных, сильных людей.
С завистью смотрят они
на переживающих родные воспоминания.
С непонятной ей самой
завистью смотрит девочка
на тех счастливиц, которые хотя бы однажды в неделю могут видеть своих близких и кровных, поверять им свои маленькие приютские радости, горести и дела.
Они говорили
с ней по-французски, пели, хохотали, а он молчал и
смотрел на них, полный злобы и
зависти.
Она то ласково кланялась стрельцам, то легким наклонением головы давала знать боярам, чтобы ускорили шествие; то
смотрела с какою-то неприязненною усмешкою и будто б
с завистью на царевича Петра; но когда поравнялась со мною, удостоила меня и воспитателя моего особенным поклоном, так что всю милость этого поклона присвоил я одному себе без раздела.
Устало понурившись, Александра Михайловна
с удовольствием и
завистью смотрела на ее работу. Таня была лучшею работницею мастерской. Захватив со стопки большой печатный лист, она сгибала его
на папке,
с неуловимою быстротою взглянув
на номера, и проводила по сгибу костяшкою. Лист как будто сам собою сгибался, как только его касались тонкие пальцы Тани. При втором сгибе мелькал столбец цифр, при третьем — какая-то картинка, сложенный лист летел влево, а в это время со стопки уже скользил
на папку новый.
Себя он всегда стушевывал и так приучил к этому весь дом, что все, и свои и чужие люди, обращали все свое внимание
на князя Дмитрия, а старший его брат, Яков, шел за ним и
смотрел на него не
с ревностью, не
с завистью, а
с восторгом, в котором сказывалась благородная и поэтическая натура этого прекрасного человека, пылавшего любовью ко всему прекрасному.
Завистлива она была до того, что завидовала иногда лишнему блюду
на скромном столе Ранеевых; она, кажется,
посмотрела бы
с завистью на серебряную монету подле медного гроша в руке нищего.
За спинами у них хаотически нагромождены ящики, машины, какие-то колеса, аристоны, глобусы, всюду
на полках металлические вещи разных форм, и множество часов качают маятниками
на стенах. Я готов целый день
смотреть, как работают эти люди, но мое длинное тело закрывает им свет, они строят мне страшные рожи, машут руками — гонят прочь. Уходя, я
с завистью думаю...
Я
с невольной
завистью смотрела на разгоревшиеся от радостного волнения юные личики и
на не менее довольные лица родных.
Во время большой перемены Маня присылала ему завтрак в белой, как снег, салфеточке, и он съедал его медленно,
с расстановкой, чтобы продлить наслаждение, а Ипполит Ипполитыч, обыкновенно завтракавший одною только булкой,
смотрел на него
с уважением и
с завистью и говорил что-нибудь известное вроде...
Те, у которых ничего не было, остались бы голодными,
с злобной
завистью смотрели бы
на ядущих, а может быть, некоторые из них утащили бы у запасливых, и произошли бы ссоры и драки, и одни пошли бы домой пресыщенные, другие — голодные и сердитые; было бы то же самое, что происходит в нашей жизни.
Глуп я и не расторопен, только одно и умею что свою работу. Но Боже мой, Господи! —
с какою
завистью,
с каким отчаянием,
с какой подлой жадностью
смотрю я
на богатых,
на их дома и зеркальные стекла,
на их автомобили и кареты,
на подлую роскошь их одеяния, бриллиантов, золота! И вовсе не честен я, это пустяки, я просто завидую и несчастен от того, что сам не умею так устроиться, как они. Раз все грабят, то почему я должен умирать
с голоду во имя какой-то честности, над которою не смеется только ленивый!
На меня
смотрели злобно,
с завистью,
с нехорошими усмешками, по мастерской плавали тяжелые, обидные слова...
И без
зависти,
с снисходительным презрением
смотрел Иуда
на эти ласки. Что значат все эти рассказы, эти поцелуи и вздохи сравнительно
с тем, что знает он, Иуда из Кариота, рыжий, безобразный иудей, рожденный среди камней!
— Вот
посмотрите, господа, какая шальная эта баба. Она хочет людей
с голоду уморить. Велит все съестные припасы потопить или сжечь. Что же вы будете есть, коли мы ее послушаемся и не будем продавать вам пищи? Не слушайте ее: она — грубая деревенщина и не знает толка в припасах, а нападает
на нас только из
зависти. Она бедна и хочет, чтобы и все были так же бедны, как она.
С какой
завистью,
с какой затаенной злобой
смотрит исправник чубаровский
на уезды соседние!
Те, которые были в памяти, все приподнялись или подняли свои худые, желтые лица, и все
с одним и тем же выражением надежды
на помощь, упрека и
зависти к чужому здоровью, не спуская глаз,
смотрели на Ростова.